ЗАПАС ПРОЧНОСТИ ВЛАДИМИРА КОШЕНКОВА

 

 

 ПЕРВЫЕ УРОКИ

 

   Весна в тот год была дружной, снег сошел практически за неделю, поэтому и сев яровых в совхозе «Мурминский» начали в середине апреля. Вначале по пригоркам, а когда просохло везде, трактора не прекращали свое веселое урчанье даже поздним вечером; за селом в темноте ползали их подслеповатые желтые фары.

 

   Володя Кошенков – совсем  малец, но тоже понимал, что весенний день год кормит. Вот и напросился к дядьке, Михаилу Григорьевичу Рожкову, орденоносцу, между прочим, на трактор. Был тогда, несколько десятков лет назад, в чести   МТЗ-50. Уютно и надежно в кабине, когда рядом родной дядька. Он и порулить даст, и подскажет, когда и что делать, чтоб сеялка  шла не зигзагами, а семена в почву ровно заделывались при этом…

Хорошо и далеко видно из кабины, аж до самого горизонта! А небо, небо-то какое славное в твоем теперь уже далеком детстве, Володя! Переполненное влагой и  потому почти всегда изумрудное, с огромными башнями-облаками, оно с каждым днем становится все суше и синее. Синь, сухота –  и сады уже зацветают, радуют глаз своим белопенным кипением. Дождика бы, который нынче на вес золота. Вот и дядька Миша сердится, говорит, что какой урожай можно без дождичка-то получить…

   Все запоминал, все на ус мотал  Володя. А еще эту добрую науку землю любить он перенял и от отца мамы – своего деда, Григория Ивановича. Тот ведь и трактористом был, и кузнецом в далекой Брянской области.

     Вот что сегодня говорит Владимир Федорович:

     -   Единственное, о чем я очень жалею,  что с  дедом в свое время в кузнице молотом не помахал. Но это объяснимо: когда я у них жил на Брянщине, он был уже в возрасте и работал сторожем в колхозном саду. Но дед  был очень рукодельным – умел делать все! И меня многому научил…

     А его продолжало манить поле. И он уже  попросился штурвальным на комбайн. И убирал хлеб наравне с другими. Да какой там наравне – обгонял даже многих по намолоту, потому что штурвальный почище иного комбайнера вкалывает! Володя обычно приходил часов в пять утра – благо летние каникулы. Все просмотрит, прошприцует, смажет, протрет… Часам к шести и комбайнеры подходили, в том числе и его наставник, Сергей Петрович Шелухин. Посмотрит, улыбнется напарнику:

    - Небось, опять до часу ночи на улице гулял?

   - Было дело, дядя Сережа.

     -Спать хочешь? Так подреми маненько…

      -Не, я с тобой хлеб поеду убирать.

   Правда, с часок он все-таки в копне проваляется. А когда услышит, что везут обед, живо просыпался и мчался, нет, не к поварам, а к комбайну своему. И пока Сергей Петрович обедал да отдыхал, молотил хлеб. Потом, часика на два, в кабину забирался и сам комбайнер… И  снова за штурвалом  Володька. Десятки тонн зерна  записывали на его счет – это когда он уже школу заканчивал.  Володя даже стал наступать на пятки дядьке своему. Тот  как-то за столом говорил своему отцу, Григорию Ивановичу, и  родственникам:

    - Чувствую, блин, кто-то меня догоняет, догоняет, догоняет!.. Смотрю, а это племяш! Ну, ты и даешь!..

                 У ЗЕМЛИ НА МАКУШКЕ

  Все школьные тетрадки к тому времени изрисовал он комбайнами да тракторами. И уже совсем было решил  поступать учиться в СПТУ на механизатора, да родители, Федор Федорович и Нина Григорьевна, уговорили хотя бы школу закончить.

    - А уж потом – куда хочешь и кем хочешь! – сказали они ему.

   Правда, родня вынашивала мысль об МГУ. Так что разговор и на эту тему тоже был. Но надо знать Владимира Кошенкова – настойчив, порой даже упрям, скажет, как отрежет… Правда, мысли были хоть и о земле, но после выпускного вечера Владимир уже  думал о Рязанском сельхозинституте.

    Но в родном Мурмино направление на учебу не дали. Ах, так! И вот они уже вместе с отцом мчат на  «ижаке» в Екимовку. 45 километров для двух человек - увлеченных, настойчивых -  не расстояние. И вот она, контора совхоза «Екимовский», не нынешняя, новая, которая  светла и просторна, а старая – это бывшее правление колхоза имени Максима Горького. Кабинет руководителя. Тогда, в 1977 году, совхоз «Екимовский» возглавлял  один из лучших руководителей Рязанской области и будущий наставник Кошенкова Николай Андреевич Герасимов.  Увидев горящие глаза паренька и его неуемное стремление быть ближе к земле родной, без лишних разговоров дал направление…

    Учеба была  в радость для студента. Но особенно он ждал осени, когда на практике можно было показать, на что способен, чего достиг и к чему стремится. Три года он был членом студенческого мехотряда. Убирал хлеб, поднимал зябь  в родном Мурмино, в соседнем учхозе «Стенькино», в Сараевском, Александро-Невском и других районах области. И везде – одни благодарности за хорошую работу.

    И вот учеба позади.  Диплом, причем красный диплом инженера – на руках. Нет, можно было бы, как  другие, в Рязани тепленькое местечко присмотреть, а он даже и не мыслил об этом. А что люди, которые направляли его учиться, скажут? А совесть где?

   Николай Андреевич Герасимов встретил молодого специалиста с распростертыми объятиями:

   -Значит так, Владимир Федорович! Мы даем тебе однокомнатную квартиру, так что располагайся, живи, работай…

   -Про работу – ничего не скажу, буду и хочу работать. А вот с квартирой надобно бы повременить.

    Николай Андреевич изумленно глянул на вчерашнего студента – что такое? Кто это в наше время от жилья отказывается? Поясни, пожалуйста!

    У Кошенкова - на все готов  ответ, все у него продумано, разложено по полочкам. И на этот  случай у молодого специалиста было разумное объяснение. Дело в том, что  Владимир был уже год как женат. И, кстати, через 30 дней после того памятного разговора с директором у Кошенковых дочка родилась. Поэтому рассуждал он примерно так:

   -Мне скоро в армию идти, поэтому в жилье  нет надобности. А вот как отслужу да вернусь, тогда и дадите мне квартиру. Причем, если можно, двухкомнатную. Нет, если, конечно, еще нужен буду хозяйству.

    Все четыре месяца до службы в армии жил он в общежитии, работал инженером по технике безопасности, по необходимости – прораба и заведующего мастерскими  замещал, другими важными и нужными делами занимался. Так что Герасимов был доволен.

  А в последний день сентября  сидел он, призывник, вместе со своим институтским товарищем уже на жестких военкоматских стульях. Первым к военкому вызвали его однокашника. Вышел тот через несколько минут, сказал негромко:

   -Завтра – с вещами и – на Афган!

   Следом в кабинет зашел Владимир. Пошуршала представительная комиссия бумагами, пошуршала, а потом военком и говорит:

   -А тебя, боец, до особого распоряжения!

   Ну, до особого, так до особого.             Работает Владимир, иногда в военкомат заезжает. Там вначале лишь руками разводили, а потом – «обрадовали»:

   -Значит, так, парень, до весны остаешься на гражданке!

   Как – до весны? Он собирался отслужить в армии, а потом жизнь свою обустраивать, а тут на полгода отсрочка! Нет, так дело не пойдет!

   Да, надо знать Владимира Кошенкова, который горы свернет, но своего добьется. Потому что человек он – спортивного склада, с настоящим мужским характером, крепок телом и духом. В школе играл за взрослую  футбольную команду «Труд» Мурмино. В институте не только в секциях различных занимался, но также и на соревнованиях областного уровня выступал. Так что баскетбол и волейбол – тоже его.

    Сами понимаете теперь, каким напором обладает Кошенков. Вот и военкоматское начальство он взял своим натиском. Так и сказал:

   -До весны? Да не бывать этому! Забирайте сейчас или совсем не берите!

   И ведь пошел служить Владимир Кошенков! В Рязанский 137 гвардейский парашютно-десантный полк. Служил 1,5  года честно и добросовестно. А еще спортом занимался, за десантную футбольную команду «Купол» играл. А еще он был чемпионом дивизии по боксу и занял второе место на чемпионате дивизии по рукопашному бою. Армейской присказкой «Сержант-десантник это всё равно, что полковник милиции» гвардии сержант Владимир Кошенков  и по сей день гордится!

                        ПРЕДАННОСТЬ

    И опять весна на белом свете! У Владимира Федоровича – увольнение! Кто куда, а он в ставшую ему родную Екимовку, в совхоз «Екимовский». Узнать насчет работы – ведь скоро дембель! Кошенкова ждали в хозяйстве с большим нетерпением. И через пару месяцев, уволившись в запас 4 мая, он уже на следующий день  приступил к обязанностям инженера по трудоемким процессам в животноводстве. Заодно ему поручили возглавить и штаб ГО. А комсомольцы совхоза «Екимовский» избрали Кошенкова своим вожаком. Все шло своим чередом, все налаживалось, как вдруг – очередная встреча…

    Виктор Иванович Поликарпов, старший преподаватель кафедры сельхозмашин сельхозинститута, приехал в Екимовку специально к Кошенкову. За будничными разговорами о житье-бытье как-то само собой возник вопрос о дальнейшей учебе Владимира. Мол, пора бы ему и об аспирантуре подумать! Нам такие грамотные и деловые ох как нужны!

  А что, земле, Екимовке, людям, Кошенкова окружающих, Владимир не нужен? Он уйдет, второй, третий, смотришь, и не останется никого на земле, хлеб родящей…

   -Виктор Иванович, с глубоким уважением и к вам, и к институту. Но не пойду я в аспирантуру. Так что уж извини.

   -Это еще почему? – удивился Поликарпов.

  -Да понимаешь, не прожить мне на 100 рублей аспирантских. А у меня – семья, дочка Надюшка… И еще оклад в 230 рублей, - завершил свою речь с улыбкой инженер.

   Вторая попытка увести Кошенкова из села случилась  года через два. Он  был весь в мечтах и далеко идущих планах, как вдруг приехали к нему из района  на кормоцех и прямо в рабочей одежде  отвезли  в Рязанский райком партии. Первый секретарь Игорь Александрович Ивлев  был немногословен. Он испытывающе глянул на молодого человека, негромко сказал:

    - Пойдешь к нам вторым секретарем райкома комсомола?  Пооботрешься полгодика, а потом мы тебя на первого выдвинем…

    Как поступить? Как сказать, чтоб не обидеть? Владимир не стал уходить от прямого ответа:

    -Не хочу, Игорь Александрович, бумажной работой заниматься. Я привык больше на  руки свои надеяться. А языком молоть каждый второй умеет…

   Взвился первый. Но «спас» Владимира  третий секретарь райкома Николай Гаврилович Красиков:

   -Мы думаем направить его на руководящую работу…

   И через год, в 1987 году, когда Владимир Кошенков окончил областные курсы руководящих работников, позвал его к себе кабинет директор Николай Андреевич Герасимов:

   -Чтобы ты сказал народу, если бы тебя избрали председателем колхоза? Не спеши с ответом! Подумай на досуге, а вечером, как освободишься, встретимся и все обсудим.

     Вот и вечер. В окнах кабинета Герасимова – свет. Владимир шагнул через порог.

   -Ну, давай, докладывай…

   Выслушал, крякнул, немного помолчал, потом сказал:

  -Все не так, Владимир. Ты в своей речи должен сделать акцент на том, что оплата будет по труду. И что мы, мол, сделаем все, чтобы быть впереди по всем показателям… Но с людьми не заигрывай, будь честным, принципиальным, строгим, но справедливым.

   -А зачем мне все это, Николай Андреевич?

   -Завтра едем в колхоз «40 лет Октября» (это нынешний ЗАО «Рассвет» -автор.)  на перевыборное собрание.

   Наутро Владимр Кошенков одел черный костюм, белую рубашку, повязал  галстук – встречают-то по одежке… В 10.00 он был в райкоме партии, где с ним побеседовали, наставили на путь истинный, а в 15.00 – на собрании в местной школе деревни Секиотово.  Переполненный зал молча и настороженно смотрел на нового человека. Хотя многие Владимира уже знали – все - таки из соседнего хозяйства. А потом – началось! Крики, выступления, споры… Словом, хотя и избрали Кошенкова председателем правления колхоза - 159 присутствующих были «за», - но 41 проголосовали «против». То были люди, близкие к бывшему председателю колхоза.

  Новый председатель Кошенков, несмотря на это,  не уволил никого. И через пять лет, в 1992 году, когда уже было ЗАО «Рассвет»,  из трех кандидатур генеральным директором  практически единогласно избрали  его, Владимира Федоровича Кошенкова.  Да и настроение у зала было совершенно другим, потому что хозяйство не только на районном, но и областном уровне выглядело достойно. Правда, один из тех трех, кто предложил себя на должность руководителя, то ли в шутку, то ли всерьез, но заявил на собрании:

   -Ребята, ну куда вы его выбираете, такого здорового?! Не прокормим же! Выберите лучше меня, я – маленький!..

   Его слова потонули в хохоте…

  Да, кстати, в 2007 году  Владимиру Федоровичу Кошенкову присвоили почетное звание «Заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации». Так что не ошибается наш народ в своем выборе, нет, не ошибается!

              ХОЛДИНГ

     Мы встретились с Владимиром Кошенковым где-то в полдесятого утра – до этого он был занят. И хотя формально гендиректора уже как бы не было в кабинете, все равно к нему заходили и заходили люди. Каждый - со своим вопросом. И каждому он терпеливо объяснял - как, что и почему. Не успел поговорить, как очередной телефонный звонок. Представитель Саратовской области интересовался, можно ли у рязанцев купить шесть племенных быков?

   -Конечно! – лаконично ответил Кошенков. - Приезжайте, отберите, и мы их сразу на карантин поставим…

   И потом, уже обращаясь ко мне:

  -Вы знаете, какая у нас комфортная и современная мега-ферма!  Надой-то – до 9000 кг молока в год на  корову. Кормление, уход –  на высоте.  Да и микроклимату на комплексе позавидует любой.  Помещения мы проветриваем, открывая или закрывая с помощью штор боковые стены. Для коров  предусмотрены боксы с  матами. Так создается  эффект пастбища в стойлах. В накопителе, зоне для селекции, соединительных галереях полы подогреваются. А оборудование? Оно современное и высокотехнологическое, что позволило освоить беспривязно-боксовое содержание холодного типа группами - без выгула. Кормим мы  с помощью кормораздатчика-смесителя. Доение животных – доильной установкой «Карусель»…

    -Мега-ферма вряд ли бы была у вас, если бы не агрохолдинг «Молочный продукт»?

   -Это уж точно! А началось все  в 2001-м году. Тогда мы продавали молоко через одну из рязанских фирм.  И собрали нас, руководителей,  как-то в офисе этой фирмы, и сказали, что сейчас к вам придет молодой, да ранний бизнесмен, с кучей денег в кармане. И будет вас переманивать к себе. Так вы его не слушайте…Словом, всячески настраивали против Юрия Семеновича Сандина. А он нам понравился, потому что умеет расположить к себе людей, вселял и сейчас продолжает вселять оптимизм и веру в день завтрашний. И мы перешли к нему.  А через три года было принято решение о создание агрохолдинга. Когда мне предложили вступить в «Молочный продукт», я не раздумывал ни минуты. И вот уже 10 лет мы вместе. Хотя за это время всякое было…

  Да, бурная жизнь Владимира Федоровича не затихала ни на минуту. В 2011 году объединил холдинг два хозяйства –  «Екимовское» и  «Рассвет». Встал вопрос – кого поставить руководителем, Герасимова или Кошенкова? Владимир Федорович надеялся, что гендиректором будет он. Опыт есть, относительно молод – всего-то 51 год. Выбор у московского руководства холдинга пал на Герасимова.

    Кошенков не возмущался, принял решение как должное, хотя в душе обиделся и понимал, что москвичи свели с ним счеты за его острый язык и неуемную энергии. Было желание уйти руководителем в соседнюю Московскую область, но понял – зачем все это? Без родной земли он просто-напросто не выживет!

     И послали Владимира Федоровича управляющим на комплекс, который он хорошо знал, потому что сам и создавал. Правда, потом, через год были намеки на то, чтоб он возглавил хозяйство, но Кошенков на них не реагировал. Наконец, в прошлом году его пригласил к себе бывший гендиректор холдинга  Кирилл Викторович Ершов,  предложил должность официально.

  Кошенков ответил так:

   -Я - человек команды, прикажете – пойду! Однако должен сказать правду – в 11 году хотел, в 12 – хотел, а в 13 уже не хочу! Я уже привык, мне и здесь хорошо…

    Кошенкова оставили на комплексе.

   А чехарда с руководителями в хозяйстве продолжалась. Наконец, в мае 14-го его вызвал к себе председатель совета директоров холдинга Юрий Семенович Сандин. Сказал прямо:

   -Хочу, Владимир Федорович, вас, и никого иного, видеть руководителем «Рассвета» и «Екимовского».

   -Вам, Юрий Семенович, я не могу отказать…

                        ДЕЛА ДОМАШНИЕ

    -Владимир Федорович, и напоследок вот такой вопрос – какие трудности? У меня сложилось  впечатление, что их  вообще нет, потому что ваш запас прочности очень и очень велик…

   Кошенков помолчал, глянул на меня, улыбнулся:

   -А давай-ка я вам лучше анекдот расскажу. Прыгают десантники: «Первый – пошел! Второй – пошел!». Третий, четвертый!.. Пятый орет: « А я не буду прыгать! У меня парашют уже шесть раз не открывался!». «Пятый – пошел!» - и выпускающий выпихивает десантника из самолета.

   А внизу на земле в это время председатель колхоза рассказывает прибывшей из области комиссии: «Денег нет, кормов нет, молока и мяса – тоже нет. Озимые не уродились, яровые не взошли». Слышит, как с грохотом десантник падает на крышу коровника, и продолжает: «И этот парашютист, блин, совсем  задолбал! Седьмой раз крышу ломает!».

     Мы посмеялись. Кошенков, душа любой компании и любитель анекдотов, опять улыбнулся:

   -А если серьезно, то, наверное, мне надо побольше своему дому, семье внимания уделять.  Ведь выхожу на работу –  все еще спят. Прихожу – уже спят. А  на днях заехал я переодеться в обед – спешил на торжество по случаю Дня работника сельского хозяйства, – так  сын Иван, которому 8 лет, говорит: «Смотрите, папка! А я думал, что ты только ночью приходишь». А ведь у меня еще три дочери. Две  закончили институт, работают. Третьей – 13 лет, она еще учится… Нет, с этим надо что-то делать!

   Вряд ли что получится при такой натуре, Владимир Федорович! Так что  семье наверняка пожизненно придется терпеть  любимое дело ваше!

*          *           *

  … В октябрьском стылом небе, уже возвращаясь из Екимовки, увидел я журавля. Он летел высоко-высоко, но медленно, и тревожно трубил на всю округу. Что с ним случилось? О чем ты кричишь, одинокий журавль? Зовешь ли своих друзей-товарищей? А, может, подругу? Или сердечная боль эта -  об ушедшем теплом лете? И вообще-то, как ты отважился один на такой далекий и высокий полет?.. Молчит журавль, лишь усиленно работает крыльями, чтобы долететь до места своего…

   Я стою на берегу речки Павловки, которая течет  в низине за Екимовкой, и кричу доброй птице:

    - Не отступай! Лети вперед и только вперед! Все будет хорошо – только лети!

    Лети, журавль мой дорогой!

                                  Юрий Харин,

                       Рязанский район.

    На снимках: В.Ф. Кошенков; Екимовка – это святое!

       Фото автора.